В юбилейный год продолжаем знакомить читателей «Городских известий» с публикациями, которые выходили в газете в 1991 году. Вот такой материал увидели куряне в седьмом номере.
...Как-то давно увидела у своей московской тетки довольно-таки примитивно изготовленный агрегат, напоминающий отечественную мясорубку. Но к нему было придано с десяток насадок, и он замечательно заменял с десяток хозяек: чистил, измельчал, фигурно нарезал, отжимал сок, превращая фрукты и овощи в мезгу. И еще много чего другого делал!
B незапамятные времена агрегат этот был привезен из Чехословакии и в сирой нашей московской кухне смотрелся заморским чудом. Я не завидовала. И не мечтала о подобном. Мы твердо были воспитаны в гордости и уверенности. И, глядя на механическую поделку зарубежных мастеров, я убеждала тетку и себя: «Ничего, скоро у нас электрические комбайны для каждой кухни появятся».
Не появились. Более того, за последние годы мы вроде бы разучились делать даже то, что умели раньше.
Где, скажите, электроутюги? Не говорю уж о вычурных, с фигурными ручками, с увлажнителями, с терморегуляторами и прочими вытребеньками – хотя бы самые простейшие, пусть допотопные, но исправно работающие.
Или чайники электрические, они-то куда подевались? Да что электрические – простые исчезли! Как и миски, кастрюли, кстати.
В курских магазинах долее всего на полках, простите, горшки ночные задержались. Красивые, разноцветные. И вроде бы местного производства. Сейчас и их нет. Что ж, коли суп варить не в чем, и горшки в ход пойдут. По части заменяемости одного другим мы мастаки великие…
Не ностальгия же по прошлому подтолкнула кого-то к изобретению очередной бытовой новинки? Чудовищный конгломерат квадратного пластикового тазика со стиральной доской потряс воображение даже советских домохозяек (и работающих женщин тоже). Тазики раскупали – расхватывали не поштучно – пачками. Мысли о том, что лучше бы получить пластиковую «Малютку», просто не возникало. В восторге были даже от осовремененного корыта. Да и могло ли быть иначе, если все семьдесят с лишним лет нам катастрофически не хватало всего: не только подлинной демократии и культуры власти и управления, но и самых прозаических вещей, скопом называемых ТНП (товары народного потребления).
В курских основных направлениях производства ТНП до 1995 года предусматривалось выпустить к конечному сроку тысячи и миллионы единиц продукции на тысячи и миллионы рублей. Но год за годом летят промежуточные сроки, а ни утюгов электрических, ни машин стиральных, ни универсальных кухонных, ни вязальных, обещанных этой программой, что-то на прилавках нет. Да и возможен ли этот всплеск кухонно-бытового производство (к 1993 году аж на 23 миллиона рублей!), если для того, чтобы получить, скажем, миксер бытовой или комбайн кухонный (по 34 тысячи штук каждого), надо сначала ввести первую очередь нового завода НВА в Курске. А как у нас выполняются планы по строительству даже производственных объектов, хорошо известно. А на ранее освоенных площадях и технике нам не много что могут сделать.
В объединении «Химволокно», например, из двух планируемых новинок – линолеума и колготок из эластика – только колготки освоили. А что с кухонными полами (да и прочими тоже) делать? Ведь у нас повсеместно линолеум предпочтительнее паркета.
Нам предлагают бытовые компьютеры «Тарту» и навесные орудия к культиваторам, массажеры и вантузы резиновые, гаражи из сборных железобетонных элементов и ворота к ним, с петлями врезными, с запрессовочными устройствами. И бытовую информационную систему «Символ». А зачем мне, кухарке, этот «Символ», скажите? Собирать информацию, чего не хватает в моем доме для нормальной жизни или каких продуктов я завтра вновь не увижу на прилавках?..
Конечно, и вантуз, нет слов, вещь весьма полезная, и пробка для ванны в режиме строгой экономии станет предметом первой необходимости, и против башмака для мясорубки трудно возразить. Но кто возьмется за саму мясорубку? И сколько можно с завистью смотреть на белгородскую «Малютку», на тамбовскую кофемолку? И где взять вожделенный электромиксер или пылесос?.. Я уже помолчу об электротостерах и моечных посудных машинах, овощерезках и картофелечистках, соковыжималках и скороварках.
Бытие определяет сознание. А каким оно может быть у замотанной, вконец издерганной вечными нехватками и непосильной работой женщины?
Нынешние контакты советских людей с зарубежьем на многое открыли глаза. И главное, что поразило моих сограждан, – улыбчивость живущих за границей и за океанами. А будешь ли улыбаться каждому встречному, если весь вечер после работы из очереди в очередь перебегаешь, а дома голодная семья и куча работы, которую вручную тебе же придется делать. Бог знает за счет какого времени: то ли отведенного статистикой на воспитание детей, то ли предназначенное для собственного развития, то ли просто именуемого «свободным».
Кстати, о свободе. Мы много говорим о свободе совести, печати, слова, митингов и собраний, о свободе экономической. Это сладкое слово «свобода»...
Но вот вам позиция в рамках свободных экономических взаимоотношений руководителей современного предприятия:
– Зачем мне голову над электромясорубками ломать? Я лучше шариков (с подшипниками) побольше гнать буду. И коллективу легче, и заводу выгодней. А за счет сверхплановых шариков я своих людей чем угодно обеспечу!
Выходит, и впредь обречены мы влачить все то же зависимо-жалкое существование, только уже не от неразумной госплановой политики, а от свободного предпринимательства и бартерного барьера. И нужных товаров народного потребления ни в достатке, ни в ассортименте нам не дождаться. Да и утопия это – все делать самим. Проблема в другом: как сумеем мы ныне добиться согласованности региональных программ, слаженности и ответственности договорных отношений. Не сможем на государственном уровне решить ее – значит, и кухня моя по-прежнему доморощенной останется.
Валентина КУЛАГИНА.
(Продолжение следует).
- Комментарии
Загрузка комментариев...
